Перейти к основному содержанию
Размер шрифта:
Цветовая схема:
Дополнительно
Гарнитура шрифта:
Интервал между буквами:
  Войти на сайт Обычная версия
Вы здесь: ГлавнаяПресс-центрОбзор прессыНа космической орбите пока без перемен - журнал "Российская Федерация сегодня" сентябрь 2013г.

На космической орбите пока без перемен - журнал "Российская Федерация сегодня" сентябрь 2013г.

24 сентября 2013 г

Наш журнал уже не в первый раз обращается к теме своевременности и точности прогнозирования опасных природных явлений, подобных, например, обрушившимся в этом году на Дальний Восток. По мнению специалистов-синоптиков, важнейшим звеном комплексной системы раннего оповещения населения о таких явлениях могла бы стать космическая группировка гидрометеорологических, океанографических, гелиогеофизических спутников и спутников мониторинга природной среды. Всемирная метеорологическая организация (ВМО) не случайно считает данные метеоспутников важнейшими для расчётов прогнозов погоды. Но...

Как показал недавно проведенный Счетной палатой РФ анализ нацио­нальной системы космических мете­онаблюдений, сегодня она, по сути, у нас отсутствует. Во всяком случае, считать системой всего лишь два спутника — «Метеор-М», запущенный в 2009 году, и «Электро-Л», запущен­ный в 2011 году, — не серьезно. Тем более что российский Гидромет так и не получает со спутника «Метеор-М» необходимой полной информации из-за отказа на нем после запуска ло­катора бокового обзора и ряда дру­гих приборов. Не выручает метеоро­логов и «Электро-Л», который не дает качественных данных в инфракрас­ных каналах и канале водяного пара. И это при том, что по первой редак­ции Федеральной космической про­граммы (ФКП) на 2006-2015 годы к на­стоящему времени страну должны были обслуживать 10 спутников мете­орологического назначения, а всего до 2015 года — 13.

Эксперты уверены: во всем вино­ват монополизм — функции заказчи­ка метеоспутников, производителя, а иногда и оператора космических систем («Луч», «Арктика») нередко, соединившись, оказываются в руках Федерального космического агент­ства (ФКА, Роскосмос), не несущего ответственности за сроки их изготов­ления и решение поставленных перед ними задач. На практике интерес ФКА сосредоточивается на проектах, в ко­торых заказчиком выступает агентство, то есть управляет денежными потока­ми. Проекты, где заказчиком выступа­ют другие ведомства — Россвязь, Ми­нобороны, Росгидромет, — интересу­ют Роскосмос значительно меньше.

Синоптики перед лицом угрожа­ющих жизни населения и экономике страны природных катаклизмов на­стойчиво предлагают решить главней­шую на сегодня проблему — вернуть Росгидромету наработанные года­ми функции заказчика космических систем. Систему метеоспутников в составе орбитальной группировки, наземных средств приема инфор­мации и программного обеспече­ния обработки и доведения конечного продукта до корпоративных и индиви­дуальных потребителей должна зака­зывать государственная метеослужба.

Главным оператором метеороло­гической системы также должна быть метеослужба, она же оценивает ка­чество системы и готовит предложения в правительство о приеме систе­мы в эксплуатацию. Результат же пока таков: Росгидромет в своей прогно­стической деятельности сегодня на 90-95 процентов использует данные с зарубежных космических аппаратов. Пока безвозмездно, но особую трево­гу эта ситуация вызывает, учитывая на­личие между ЕС и США специального соглашения об ограничении доступа третьих стран к оперативным данным метеонаблюдений из космоса.

Ветеран российской космонавти­ки, бывший заместитель генерального конструктора по теоретическим и проектно-конструкторским работам в об­ласти ракетносителей, космических аппаратов и ракетно-космических комплексов и систем Георгий Фомин констатирует, что российская косми­ческая промышленность отброшена далеко назад не только по сравнению с США. К примеру, космическая груп­пировка Китая метеорологических спутников, спутников дистанционного зондирования Земли (ДЗ) и картогра­фии, как и индийская орбитальная группировка ДЗ и картографирования уже превосходят российскую анало­гичную группировку по количеству и качеству получаемой информации. Видный ученый и практик видит исправ­ление ситуации в передаче функций заказчиков систем ведомствам — ос­новным потребителям информации. В частности, по метеоспутникам, по его мнению, госзаказчиком должна стать Гидрометеослужба.

Как считают аудитор Счетной па­латы РФ Александр Пискунов и лет­чик-космонавт, директор Института истории естествознания и техники РАН, член-корреспондент РАН Юрий Батурин, для исправления критиче­ской ситуации Роскосмосу срочно необходима серьезная реорганиза­ция. Эту же позицию разделяет и ви­це-премьер, курирующий отрасль, Дмитрий Рогозин. С одной стороны, на их взгляд, Роскосмосу надо пре­доставить больше полномочий, в том числе и по контролю подведомствен­ных предприятий (это потребует опре­деленного изменения законодатель­ства), а с другой — освободить его от функций заказчика космических аппаратов различного назначения, передав их другим ведомствам, за исключением, быть может, пилотиру­емых проектов.

Вице-премьер Дмитрий Рогозин перечислил три причины неудовлетво­рительного положения дел в космиче­ской отрасли. «Во-первых, неэффек­тивное управление. Во-вторых, избыточ­ные мощности. В-третьих, мутное по­нимание целей космической деятель­ности». К этой оценке трудно не присо­единиться, тем более что воссоздание когда-то мощной отечественной ме­теорологической спутниковой группи­ровки — это не только гарантия точного прогноза погоды, но и вопрос нацио­нальной безопасности России.

Анатолий ЖУРИН

Роман ВИЛЬФАНД

Наши наблюдения за атмосферой неполные

Трудно переоценить роль космических метеонаблюдений, могущих с гораз­до большей точностью заблаговременно оценить серьезность угрозы тех или иных природных катаклизмов, считает директор Гидрометцентра России Ро­ман Вильфанд.

Нередко в СМИ звучит фраза «синоптики обещают ...». Это не совсем верно — не «обещают», а прогнозируют.

Полностью избавиться от ошибок в прогнозах погоды невозможно. Почему? Одна из главных причин — неполнота и неточность наших знаний о текущем со­стоянии атмосферы. Текущее состояние атмосферы мы всегда знаем лишь приближенно, так как наши наблюдения за атмосферой являются неполными и неточными — наблюдательная сеть достаточно редка, и данные наблюдений со­держат ошибки. Обширные области планеты (океаны, высокие и тропические широты) остаются слабо освещенными данными наблюдений. На территории нашей страны плотность и оснащенность наблюдательной сети также оставляют желать лучшего. Можно повышать плотность сети и уменьшать погрешности из­мерений, но не бесконечно — возможности такой детализации ограниченны, по­этому наше знание текущего состояния атмосферы никогда не будет полным. Скажем, то же катастрофическое наступление водной стихии, обрушившейся на нашу планету на суше и в атмосфере еще в начале года и набравшей не­виданную силу сегодня, увы, стало печальной реальностью. Поневоле на ум при­ходит летописное: «Разверзошося вси источницы бездны, и хляби небесные отверзошася. И бысть дождь на землю четыредесять дней и четыредесять ночей».

Не случайно еще по весне об угрозе масштабных затоплений повел раз­говор в Нью-Йорке на тематическом заседании организации Генеральной Ас­самблеи как раз по водным ресурсам и стихийным бедствиям генсек ООН Пан Ги Мун. По данным ООН, за последние 30 лет доля людей, живущих в под­верженных наводнениям речных бассейнах, увеличилась на 114 процентов. На подверженной затоплениям высоте, не превышающей одного метра над уровнем моря, проживают свыше 60 миллионов человек, а к концу столетия их станет уже 130 миллионов.

Являются ли эти катаклизмы следствием глобально­го потепления, о котором столько лет говорят ученые? Ответ таков: очень ве­роятно, хотя однозначно заявлять об этом нельзя — для окончательного вывода необходимо наблюдать за взаимосвязью между потеплением и изменением атмосферных явлений еще лет десять. С уверенностью можно говорить лишь о пугающей экстремальности и небывалой масштабности происходящего нын­че на планете, несущего неисчислимые бедствия и человеческие жертвы.

Можно ли было предвидеть это? Первое штормовое предупреждение мы озвучили еще в начале июля. Оно объяснялось очень сильными дождями в рай­оне реки Зея и ее притоков. А гидрологическое предупреждение было озву­чено нами 15 и 17 июля. Но одно дело — спрогнозировать, другое — предот­вратить. Ведь речь идет о стихии. Скажем, в Хабаровске можно было бы возво­дить дамбы не шестиметровые, а десятиметровые. Но это потребует огромных средств, сопоставимых с социальными расходами.

Самое главное: мы столкнулись не с локальной бедой, а со стихией от За­байкалья до Тихого океана. И бороться с ней загодя очень и очень сложно. Тем необходимее, повторюсь, современные методы космического наблюдения за состоянием атмосферы, которые взяты на вооружение многими странами. И нам в этой области отставать негоже.

К началу страницы