Местоположение определено правильно? Да Нет, выбрать другой город
Данные на 8:00 18.06.2019
+19 °C
Облачно
2
м/с,  ЮВ
84
%
761
мм рт. ст.
Данных нет
Прогнозы рассчитаны по автоматизированной технологии Гидрометцентра России без контроля синоптиком.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

О службе

Проект «Открытая служба»
Предложения, замечания и отзывы о нашей работе
Федеральные целевые программы
Перечни правовых актов и их отдельных частей (положений), содержащие обязательные требования

ВОСПОМИНАНИЯ ДОБРЫНИНА А.И.

Александр Иванович Добрынин родился в 1911 г. в г. Кандалакша. В Северном УГМС начал работать в 1930 г. после окончания средней школы сторожем Соломбальской гидрометстанции (г. Архангельск). В марте 1931 г. переведен на должность техника-вычислителя Бюро погоды Северного УГМС. Окончил в 1933 г. Высшие синоптические курсы при Северо-Западном УГМС и приобрел специальность синоптика. С мая 1933 по февраль 1935 г. работал синоптиком Бюро погоды. В последующем: синоптик, начальник АМСГ Кего при Архангельском аэропорту, в 1938 г. — старший специалист отдела обороны, 01.02.1941 г. — начальник Отдела службы прогнозов, июль 1943 г. — метеоролог при штабе Беломорской военной флотилии, 1944 г. — начальник Бюро погоды, 01.04.1946 г. — опять начальник Отдела службы прогнозов, с января 1947 до 1962 г. (с перерывом) — начальник Бюро погоды. Выйдя на пенсию, до 1972 г. работал старшим инженером Отдела службы прогнозов. Умер в 1989 г.

В связи с осложнениями международной обстановки в мире в Северном УГМС в 1938 г. организуется Отдел обороны, которому была поставлена задача подготовки подразделений гидрометслужбы к работе в условиях военного времени. В результате я был переведен (из Бюро погоды) на работу в этот отдел старшим специалистом. Начальником отдела стал Лягин Василий Александрович.

Основной задачей отдела являлась подготовка специалистов Бюро погоды и других прогностических подразделений для работы по так называемой «обрезанной карте», т.е. при отсутствии поступления сведений о погоде с территории, западнее наших государственных границ, что фактически наблюдалось в течение всех военных лет.

Второй задачей являлось снабжение прогностических органов и гидрометстанций, имеющих радиосвязь, секретными кодами по зашифровке гидрометнаблюдений и обучение штата шифрованию.

И наконец, основной задачей являлась отработка планов и схем гидрометобеспечения воинских подразделений армии и флота различного рода гидрометсведениями и прогнозами погоды, гидропрогнозами: о волнении моря, о ледовых условиях плавания судов и др.

В конце 1940 — начале 1941 г. во всех местных УГМС организуются Отделы службы прогнозов, в обязанности которых входили организация и контроль за работой всех прогностических подразделений по составлению ими различного рода прогнозов и различного рода материалов фактического состояния гидрометусловий по обслуживаемой нами территории, а также организация и контроль за гидрометобслуживанием всех отраслей народного хозяйства необходимыми для их деятельности гидрометсведениями и прогнозами.

На должность начальника этого отдела был назначен я 1 февраля 1941 года. Как ни готовились к войне, а она нагрянула для нас и всего народа неожиданно. Вспоминается летний воскресный день. Приодевшись, я бродил в центре города по магазинам, которые в те времена в воскресенье торговали. Народу в такой день в центре было много. В 12 часов дня вдруг по народу прошло какое-то оживление. Приглядевшись, заметил, что на углу Поморской и Павлина Виноградова собирается толпа народа, обратив свой взор на радио-тарелку на деревянном столбе. Протолкнувшись поближе и прислушавшись к речи Молотова В.М., понял, что началась война с Германией.

Сразу же бросился домой, так как знал, что мне необходимо срочно явиться на работу. Прибежав домой, я застал у себя Лягина В.А., ожидающего меня (он жил рядом в квартале). Быстро переодевшись, мы с ним направились в Управление вводить мобилизационные планы в действие.

В Кузнечихе, сойдя с трамвая, мы решили зайти в пивную выпить по кружке пива. Господи, что в ней творилось! Она была полна мужиков, которые говорили все в один голос, посылая все свои проклятия фашистской Германии.

В Управлении мы с Лягиным проработали весь день и ночь, передавая телеграфные распоряжения о введении в действие соответствующих документов нашими подразделениями. Фактически с этого дня я перешел жить в УГМС, так как экстренное решение возникающих вопросов требовало этого.

23 июня была задействована при Бюро погоды группа шифровальщиков во главе с Осокиной Р.А., в основном из ранее подобранных девушек из отделов УГМС. С этого дня поступающая и передаваемая метеоинформация по радио обрабатывалась спецкодами. По телеграфным проводам она шла открытым текстом.

Работа и быт УГМС постепенно входили в колею военного времени: многие сотрудники уходили в армию, с питанием становилось плохо. В сентябре 1941 года Северное УГМС было военизировано и стало считаться УГМС Архангельского военного округам (АВО). В основном, штаты УГМС остались прежними, только руководители ведущих отделов призваны на военную службу. Мне было присвоено военное звание техника-лейтенанта. В связи с осложнениями на фронтах и приближением их к Ленинграду и Москве осенью 1941 г. многие сотрудники научно-исследовательских институтов (ГОИН, ГГИ) и ГУГМС были эвакуированы в Архангельск, и были привлечены к решению многих запросов АВО и Беломорской военной флотилии (БВФ) (Зубов Н.Н., Шулейкин В., Евгенов Н.Н., Протопопов И.Д., Александров и др.).

Основными задачами, которые ставились перед нами, были две:

  • АВО — о возможности переправ войск и техники через реки и болота Архангельской и Вологодской областей;
  • БВФ — о возможности плавания военных и вспомогательных судов в ледовых условиях зимнего сезона.

Для решения первой задачи пришлось вызвать в УГМС всех начальников речных гидрологических станций, поселить их в двух кабинетах, где они жили и производили обработку данных, каждый по своей системе рек.

Решение второй задачи потребовало в помощь наземным ГМС Белого и Баренцева морей, наблюдающих ледовую обстановку своего района, организации самолетной разведки льдов с воздуха. Последнее производилось почти ежедневно, так как плавание судов, в особенности в направлении Северодвинск — Иоканга (до чистой воды) происходило регулярно. 

В июле 1943 г. я был прикомандирован в штаб Беломорской ВФ в качестве метеоролога для подготовки и доклада гидрометеорологической обстановки оперативным отделам штаба, начальнику штаба капитану 1 ранга Зазуля и командующему флотилии вице-адмиралу Степанову. До моего перевода в штаб БВФ эти обязанности исполнял капитан 1 ранга Зубов Н.Н., известный в науке океанограф. В связи с этим, вместо одного метеоролога-синоптика, в штабе была создана целая группа специалистов из двух инженеров-синоптиков, двух океанологов-прогнозистов и трех техников-информаторов, с круглосуточным дежурством.

В 1944 г. я был возвращен в УГМС на должность начальника Бюро погоды, в каковой и закончил войну, демобилизовавшись в марте 1946 г. в чине ст. техника-лейтенанта, а с 1 апреля 1946 г. был назначен начальником Отдела службы прогнозов Северного УГМС, т.е. возвращен на должность, которую занимал до мобилизацию в армию.

За период военной службы был награжден орденом «Красной Звезды», медалями: «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией», а в 1985 г. орденом «Отечественной войны» 2 степени.